Мифология

Мифы, легенды, притчи и сказания

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта

Культурный герой: черты и функции

Культурный герой: черты и функции.

При всем своем многообразии мифологические системы разных народов: от Скандинавии до Южной Африки и от Европы до Америки – имеют немало общих понятий. Культурный герой – одно из наиболее значимых подобных понятий.

Энциклопедия «Мифы народов мира» под редакцией С.А. Токарева определяет культурного героя как «мифический персонаж, который добывает или впервые создает для людей различные предметы культуры (огонь, культурные растения, орудия труда). Учит их охотничьим приемам, ремеслам искусствам, вводит определенную социальную организацию, брачные правила, магические предписания, ритуалы и праздники».

Итак, мифический персонаж? Не все столь однозначно. Мы предложили б рассматривать культурного героя в нескольких аспектах: как действующее лицо конкретного мифа или мифов, как архетип, как бога или полубога и, наконец, как реально существовавшего человека, наделенного чертами культурного героя; последний аспект проявляется далеко не всегда, но вполне очевиден в ряде случаев – Гильгамеш, Саргон, Кир, Моисей, Иисус Христос, Август, Чингисхан.

Культурный герой как персонаж мифа-мифов, причем как древнейший персонаж, древнее Верховного бога – наиболее очевидно выраженный аспект. Мы знаем о культурном герое почти исключительно из легенд, преданий, сказок, позднее трансформированных в эпосы, трагедии, повести. Лишь в редких случаях мы можем черпать информацию о культурном герое из некоего исторического источника, но и в указанных случаях реальные события из жизни героя причудливо преломляются фантазией, легендаризируются. Так было с Гильгамешем, так было с Моисеем, так было с Киром и, наконец, с Цезарем, Августом.

Мифологизирование культурного героя происходит на встречной – в двух сходящихся направлениях: как легендаризирование реального человека и как очеловечивание трансцендентного субъекта.

Культурный герой как архетип есть выражение острой потребности человека в защитнике, предводителе, организаторе – некоем покровителе на покуда еще "земном" уровне. Этот архетип сродни архетипу вождя, творца, воина с тенденцией обращения в архетип Вышнего покровителя, Демиурга, Божественного воителя.

Не вызывает сомнений связь между культурным героем и богом. Любой культурный герой, даже не имея прямого отношения к нуминозному, наделен божественными чертами. Грань между культурным героем и богом порой отсутствует. Многие боги наделены чертами, свойственными культурным героям. Боги творения, боги закона, боги войны – в каждом из них присутствует аспект культурного героя. Равно как вполне "земной" культурный герой богоравен, либо ведя род от богов, либо будучи признан последними равным себе. Богосущность – аспект как культурных героев архаической эпохи: Гильгамеша, Йимы, так и культурных героев исторического периода: Кира Великого, Александра Великого, Августа.

Наряду с Великой Матерью культурный герой – древнейший покровитель человека, возникший в результате наложения на первичный архетип первопредка (пралегендарного отца рода и племени, спустя считанные поколения потерявшего ясность реального образа) пассионарных вождей, героев и новаторов, открывавших неведомые грани бытия, раздвигавших границы воспринимаемого мира. Так, более чем реальному Чингисхану спустя поколения приписали заслугу изобретения водки, табака, кумыса, т.о. возведя в «ранг» культурного героя.

Проблема отождествления культурного героя с реальным человеком не может быть решена однозначно. С одной стороны, мы не можем утверждать с уверенностью, что тот или иной культурный герой существовал в исторической реальности. Подобного нельзя сказать даже о Гильгамеше, несмотря на все доводы в пользу отождествления легендарного персонажа с реальным историческим лицом. С другой стороны, манифестируя некоторых несомненно существовавших людей как культурных героев, мы вынуждены оговариваться, что указанные лица не являются культурными героями в полном выражении этого явления, но лишь наделены чертами культурных героев.

В чем заключались функции культурного героя? Их можно определить как мироустройство, причем как определяющее мироустройство, так как под понятие "мироустройства" можно подвести абсолютно любое человеческое деяние – как позитивное, так и негативное, как макрокосмическое, так и микроскопическое.

Мироустройство – слагаемое самых различных деяний, преследующих цель оформить подчиняющийся единым и обусловленным законам мир. Первоначально и прежде всего мироустройство заключается в процессе космизации, т.е. возможно более полном преодолении хаоса.

В глобальном выражении мироустройство представляет собой превращение хаоса в космос. Обыкновенно эта функция относима к могущественному богу, но не следует забывать, что боги во многом – производное от культурных героев, перешедших на вышнюю ступень. Так что, ведя речь о разделении мира Индрой, мы вправе рассматривать важдроносного бога как обретшего трансцендентность культурного героя, хотя подобная точка зрения отнюдь не является аксиоматичной, ибо, как говорилось, не только боги – производные изначальных героев, – но и многие первогерои являются лишь эманацией богов.

Космизация под силу далеко не каждому герою, но лишь культурному герою божественного ряда, причем первому, изначальному поколению культурных героев – Гильгамешу, Йиме, Прометею, Мауи. Более поздние культурные герои эпохи эпического героизма способны лишь на частичную "космизацию".

Процесс гармонизации хаоса проявляется в различных аспектах. Это миротворение: от вышнего, демиургического к вполне земному, "бытийному". Для Индры – это разделение мира; для Прометея – сотворение, воссотворение человека и организация человеческой жизни; для Йимы – организация упорядоченного мира, космоса посреди хаоса неоформленных стихий; для Гильгамеша – сооружение стен Урука, что тождественно вычленению из хаоса организованного космоса.

Но преодоление безраздельного хаоса и космизация – лишь первый, хотя и самый значимый акт мироустройства. Культурному герою назначено обустраивать мир бесконечно. Он должен избавить мир от порождений хаоса, какими подразумевались разного рода чудовища и враждебные народы. Т.е. культурный герой выступает в роли защитника. Большинство культурных героев выделяются именно этой функцией. Гильгамеш побеждает соседнего царя Агу, убивает великана Хумбабу, побеждает Небесного быка. Геракл, отмеченный чертами культурного героя, истребляет целые сонмы нечисти. Ему "способствуют", обустраивая гармонию мира, Беллерофонт, Тесей, Персей…

Не менее важной функцией являлось дарование всевозможных благ. Прометей даровал людям огонь, пищу, знания. Не меньшее для человека сделал полинезийский герой Мауи – человек, принимавший образ птицы. Он также добыл первый огонь, а кроме того, изобрел копье, рыболовный крючок, построил лодку, поймал сетью солнце, заставив его двигаться медленнее. Выкрадывает огонь у коршуна Майра, культурный герой бразильских индейцев. Заирский Лианжа раздобывает для соплеменников солнце. Монгольский Эрхий-мерген и китайский Хоуи, напротив, сбили стрелами лишние солнца. Финский кузнец Ильмаринен выковал небесный свод, небесные светила, меч, плуг, коня, золотую деву, сампо. Столь же щедр оказался к людям Кецалькоатль – яркий пример обожествленного культурного героя, в котором многие исследователи готовы видеть едва ли не первого европейца. На счет более поздних культурных героев "заносились" конкретные блага: китайские герои изобрели: Цан-цзе – иероглиф, Шэнь-нун – лечебные снадобья; Паламеду приписывали изобретение письма, счета, различных мер измерения, строительство первого маяка; Кадм считался автором первых планов городов; Дедал, по мнению греков, изобрел добрую половину мыслимых ремесел и инструментов, не додумавшись разве что до пилы…

И, наконец, важнейшим мотивом культурных героев было стремление одарить людей бессмертием, а точнее, вернуть бессмертие, украденное богами. На указанном поприще "отметились" Гильгамеш, Мауи, Урал-батыр (эпический герой, но с чертами героя культурного)…

Итак, целью культурного героя являлось устройство мира, причем не просто некое абстрактное устройство, но устройство антропоцентрического порядка, т.е. с человеком как основополагающей частью мира. В связи с этим культурный герой часто противостоит богам, проявляя такую яркую черту своего характера как богоборчество.

Не вызывает сомнений, – о чем говорилось выше, – что богоборчество, как аспект качеств культурного героя, первоначально – шаманская черта. Магическим искусством владели многие культурные герои, в том числе и божественного "статуса": шумерский Эреду, греческий Прометей, иранский Йима, скандинавские Локи и Один, мордовский Тюштян...

Уже в силу своей претензии властвовать над природой шаман, приобретший статус культурного героя, противостоит богам, как силе, также претендующей властвовать – и не только над природой, но и над человеком. Человек, имея силу и благодаря этой самой силе основание на власть, не желает подчиняться, выступая против богов.

Богоборческая тенденция свойственна самым известным культурным героям, причем поначалу культурный герой выступает как противник враждебного людям верховного божества. Отъявленным богоборцем предстает Прометей. Китайский герой Хоуи поражает стрелой Повелителя реки, топившего людей. В открытое противоборство с богами вступает Гильгамеш на пару с закадычным другом Энкиду. Против богов выступают кавказские Батрадз, Амирани и Курюко. Смеется над богами полинезийский герой Мауи. Локи, сам бог-ас, не просто враждует с богами, но вполне целенаправленно подталкивает несовершенный мир к гибели – к очистительному пламени Рагнарек.

Культурные герои воспринимают богоборчество как благо. Их цель вообще – удовлетворить все потребности человека, добыть для него блага. Добыть любым путем, даже через хитрость и коварство. Даже через дисгармонию. Что характерно, культурный герой не только осуществляет космизацию через преодоление хаоса, но и нередко обеспечивает частичное восстановление или оставление хаоса, что объяснимо – мир способен существовать и развиваться лишь при условии дихотомии, а, значит, наряду с космосом непременно должен существовать хаос, причем не изначальный, который сохраняется за пределами мира сам по себе. Герой вносит элементы социального хаоса, выражающиеся эгоизмом, жадностью, коварством, чрезмерным эротизмом. «…элементы хаоса представляются некоей отдушиной, допущение которой в конечном счете укрепляет социальный порядок» (Е.М. Мелетинский).

Культурный герой, вносящий хаос, именуется трикстером (trickster). Трикстеры нередки у индейских народов, выступая в обличиях койота, ворона и т.п. Один из примечательнейших героев осетинского эпоса – плут Сырдон. Свой трикстер присутствует в олимпийском пантеоне – Гермес. Самым известным следует признать трикстера скандинавских народов – Локи, божественного шкодника, причину смерти Бальдра и изменника в будущем Рагнарёк.

Природа трикстера непроста. Если существование положительного культурного героя объясняется просто, отрицательного двойника можно расценивать как дихотомичную противоположность, чаще разрушающую, нежели созидающую, но при том совершенно необходимую именно в качестве противоположности, потенцирующей развитие. Юнг постулирует трикстера как взгляд "я", брошенный в далекое прошлое коллективного сознания, как отражение недифференцированного, едва оторвавшегося от животного мира, человеческого сознания. В теогоническом отношении трикстер порой – «тень» культурного героя, возникшая при переходе последнего на божественный уровень.

Трикстеры – утрированные, порой почти шаржированные культурные герои – обжоры, донжуаны, нахалы, нередко откровенные подлецы. Они могут исполнять роль демиурга, очень часто выступают наделителями благ, но почти никогда не проявляют себя защитниками, борцами с чудовищами, ибо чудовища – есть производное хаоса, а трикстеры и сами не прочь привнести в мироустройство известную толику хаоса.

Но в категории "культурный герой" трикстер – фигура не определяющая. Ее возникновение следует отнести к тем временам, когда человек все больше отрекался от прежних покровителей в пользу богов или обожествленных культурных героев, о чем мы еще будем вести речь ниже. Пока же мы проанализируем фигуры наиболее знаковых культурных героев.

Источники и литература:

Мелетинский Е.М. Культурный герой / Мифы народов мира, т.1, сс. 25-28.

Мелетинский Е.М. Палеоазиатский мифологический эпос. Цикл Ворона. – М., 1979.

 

Дополнительное меню

Яндекс.Метрика